Как я полюбила Стивена Кинга и почему Джону Коффи из «Зеленой мили» не суждено было повернуть налево - 1000sovetov.ru
Наверх страницы
Выбрать тематикуеще 12

Как я полюбила Стивена Кинга и почему Джону Коффи из «Зеленой мили» не суждено было повернуть налево

Опубликована 14.02.2020
Прочтения: 410

Постараюсь развеять стереотип о том, что Кинга любят только за то, что он в мейнстриме, и расскажу, почему электрический стул взял на себя роль Божьей длани.
Данная статья предназначена для лиц старше 18 лет
А вам уже исполнилось 18?

Я видела, ты блуждал во тьме, как и я.

Мы нашли друг друга во тьме.

О моде можно говорить что угодно. Мода бывает вычурной, бывает приятной, бывает неожиданной; чаще всего она циклична и очень редко однозначно принимается на ура. Только одно о ней можно сказать совершенно точно — мода всепроникающа. Сейчас модно читать, смотреть, слушать и носить то, на что вчера никто и не посмотрел бы, но когда тренды мгновенно выходят в массы, начинается всеобщая агония. Вот давайте на примере книг.

Лет 10 назад (или даже чуть больше) в поле агонии попал Пауло Коэльо. Каждая уважающая себя девочка называла себя его фанаткой и постоянно таскала в сумочке «11 минут» или на худой конец «Вероника решает умереть». Томно закатывая глазки, девчули рассказывали о том, какой глубокий смысл заложен в его произведениях, как они заставляют посмотреть вглубь себя и открывают глаза на этот мир. Больше они ничего сказать не могли и только снисходительно вздыхали, если вы отвечали, что не читали Коэльо или «11 минут» не очень-то впечатлили. А если вы просили посоветовать какой-нибудь другой роман, щеки юных читательниц заливал румянец, и они отвечали что-то вроде «ну, меня вот лично эти две книги больше всего впечатлили» не в силах посоветовать что-то еще. Короче говоря, по сей день Коэльо в России считается атрибутом стереотипной псевдоинтеллектуалки, хотя автор в общем-то действительно не самый плохой.

Это я к чему. Сегодня в моде Кинг. Как и положено типичному яркому явлению культуры, его книги разделили читателей на «о боже, я не читал ничего лучше» и «о боже, что это за <вставьте любое оскорбление> и почему вообще все его так любят». Отдельно стоит категория тех, кто вообще Кинга не читал и либо гордится этим, потому что не втянут в движуху мейнстрима, либо не интересуется «потому что я не люблю все вот эти вот ужастики».

Я долго принадлежала к рядам последних. Концепция ужастиков мне никогда не была близка, а автор, которого все называют Королем Ужасов ведь наверняка рассказывает про выпущенные кишки, сверхъественную мутотень и прочие хоррор-прелести, так? Вот и не буду я его читать. Не то что бы я прям его избегала, но и в списочек чтения вносить не спешила.

Стивена Кинга привел ко мне особый человек. Мне иногда кажется, что может быть поэтому мне автор и понравился. Я вообще считаю, что любую книгу нужно читать в подходящий момент: сегодня ты знаешь и чувствуешь не то, что знал и чувствовал вчера, поэтому и восприятие текста будет совершенно другое. «Зеленую милю» я прочла в самое подходящее время.

Кинг — не мастер ужасов, но мастер ужаса. Теперь, когда мне говорят, что не читают его только из неприязни к жанру, я добродушно улыбаюсь и спрашиваю: неужели вам не нравится психология? Потому что Стивен Кинг — великолепный психолог. Просто потрясающий. Его персонажи всегда имеют четкую мотивацию, их поведение порой предсказуемо, но это делает наблюдение за сюжетом более интересным, а погружение более глубоким. Кратко о том, почему так: представьте, что вам рассказывают о каком-то человеке сомнительные вещи. Вы принимаете это на веру и знаете о нем только то, что вам рассказали. Встретив этого субчика на улице вы можете состроить брезгливую гримасу, а потом с возмущением рассказывать, что́ именно вы о нем знаете. А теперь смотрим на ситуацию с другой стороны: представьте, что этот человек был вам знаком ранее, причем достаточно близко. Когда вы слышите истории, которые рассказывают о нем другие, вы легко можете их подтвердить или опровергнуть, но самое главное — объяснить и мотивировать, потому вам известна мотивация персонажа. Плавно перехожу к персонажу литературному, а не тому с которым вы знакомы: чем больше неприятных и неудобных подробностей из его жизни вам известно, тем больше вы верите в его существование.

Кинг на эти самые подробности не скупится. Он легко заставит проглотить десяток страниц, чтобы вы вернулись на этот десяток назад и проглотили их снова — просто чтобы еще раз почувствовать этот вкус. И это будет вкус боли. Причем, боли не от физический истязаний, а от несправедливости, отчаяния, от сопереживания, которое ничего не сможет исправить. Это будет боль безысходности, которая в конце отзовется сладкими слезами облегчения.

Ох, кааак же долго я облизывалась на это издание! Матовая суперобложка покорила меня контрастом, и каждый раз заходя в книжный, я в тайне надеялась, что ее еще никто не купил. Но в итоге ее все-таки купили. И подарили мне. Это была первая книга, по ходу прочтения которой я делала заметки карандашом и выделяла фразы.

С сюжетом наверняка знакомы почти все: чернокожий исполин с фамилией, как напиток, только с другими буквами, прибывает в блок смертников, чтобы вскоре получить наказание за свое преступление — ни много ни мало изнасилование и убийство двоих девочек. Однако Джон Коффи не похож на убийцу — он вообще больше похож на ребенка, оставшегося в одиночестве посреди незнакомого города. Потерянный, но принявший свою судьбу Коффи с самого начала не вызывает ничего негативного, в отличие от заносчивого козла-надзирателя Перси Уэтмора. Такая смена ролей сразу выстраивает парадигму повествования — вы понимаете, что в тюремном блоке «Г» все не так просто, черное не всегда черное, а белое не всегда... Вообще-то я не люблю таких сравнений, но за черное и белое мне хочется уцепиться особенно.

Действие романа разворачивается в 1932 году. Когда мы говорим о творчестве Кинга, мы должны понимать, что он максимально американский писатель. По-моему, даже самый крохотный его рассказ пропитан историческими деталями. Так вот: что мы знаем об Америке 32 года? В контексте «Зеленой мили» нас должны интересовать Великая Депрессия и расовая сегрегация. Тут все сразу становится понятно — почему добряку Джону Коффи дали только временного адвоката, почему не стали проводить полное расследование по его делу, почему (спойлер) ему не удалось избежать наказания. Все ведь и так понятно! Негр-гигант держит на руках два обнаженных трупика и говорит, что ничего не мог больше сделать. Ясное дело, что у нас тут готовый подсудимый, которому даже за кражу кукурузы с плантации прописали бы электрический стул.

Заслужил ли Джон это наказание, по моему мнению? Ага. Я считаю, что заслужил. Но не в том смысле, в котором суд вынес ему приговор. Джон Коффи был чудом. Непонятно, как вообще он появился, но он сам знал, для чего, и знал, когда ему придется исчезнуть. Когда нам становится не по себе, мы говорим, что у нас болит душа, но знакомство с этим персонажем заставило меня как-то по-другому смотреть на эту фразу. Бедняга всю жизнь чувствовал чужую боль, страх, жестокость, страдания на физическом уровне, забирал их себе, делал так, чтобы боли и жестокости в этом мире стало меньше, но сколько бы он ни старался, каждый день его собственная боль только росла, а мы продолжали и продолжали предавать, калечить, грешить, смешивать с грязью и убивать нас с нашей любовью. Джон Коффи заслужил смерти в лучшем смысле этого слова — он сам просил отпустить его в своем знаменитом монологе «Я устал, босс...», над которым даже мужчины пускают слезу.

Но, черт возьми, даже несмотря на то, что для героя смерть была избавлением, лично мне все равно было сложно ее принять в том плане, что он действительно был хорошим человеком — а нам катастрофически не хватает доброты, как не хватало ее в 1932, 1996 и не будет хватать в 32741 году. Почему единственное светлое существо, способное безвозмездно (!) изменить мир к лучшему, должно было принять кончину в объятиях Старой Замыкалки? Пол Эджкомб, от лица которого ведется повествование, считает, что это известно одному Богу. Или не известно? Тут тоже стоит разобраться.

Кажется, что эмоциональная оценка персонажей строится на контрасте: вот Коффи хоть и смертник, а хороший, а вот Перси Уэтмор хоть и надзиратель, но полный урод, а вот Делакруа хоть и сидит за изнасилование и убийство, неплохой вроде человек, а вот Пол... А что не так с Полом? А с Полом все в порядке, кроме Великой Депрессии. Эджкомб рассказывает эту историю из дома престарелых в возрасте 104 лет. Казалось бы, за что надзиратель в тюремном блоке смертников мог получить такой подарок? Хотя, какой уж там подарок — смотреть, как умирают все, кого ты любишь, ждать, пока наконец не сможешь сделать новый вдох, и каждый раз вздрагивать при виде призраков прошлого. Он сам говорит: это вовсе не подарок — это наказание за то, что он допустил гибель чуда Божьего.

Но вообще-то он хороший человек, сопереживающий, справедливый, умный и понимающий. Что заставило его остаться надзирателем блока смертников после первой увиденной казни? После 10? После 70? 73 казни, которые прошли на глазах и при участии Пола не сделали его черствым, бездушным, не стали катализатором его сумасшествия, но только одна из них изменила его жизнь. Если бы не Великая Депрессия, Америка 30-х наверняка дала бы такому человеку, как Пол Эджкомб, более подходящее место для работы, но куда ты денешься с подводной лодки? С другой стороны, не находись он в нужном месте в нужное время, ничего бы не произошло. Он спокойно умер бы лет в 60-70, не помог бы Коффи спасти жену начальника тюрьмы, не стал бы свидетелем Высшего суда, свершившегося прямо в стенах тюрьмы. Да и суда бы никакого не было — настоящий преступник хоть и получил бы наказание, но уж точно не за несовершенное здоровяком-целителем преступление.

Я все еще надеюсь, что есть кто-то, кто не читал эту книгу и захочет прочесть ее после моего текста, поэтому опущу несколько подробностей. «Мы нашли друг друга во тьме», — говорит Мелинда Мурс Джону. Зеленая миля заканчивалась двумя поворотами: повернуть налево означало жить, поворот направо сулил быть поджаренным на Старой Замыкалке. Коффи говорит: «Я устал от того, что часто хотел помочь и не смог. Я устал от тьмы, которая окружает меня. Но больше всего устал от боли. Ее слишком много. Если бы я мог положить ей конец, мне захотелось бы жить дальше. Но я не могу». И единственным выходом и избавлением был поворот направо в конце Зеленой мили.

Когда у меня спрашивают, что почитать, я всегда вспоминаю об этой книге. Не потому, что популярно любить Кинга, а потому, что «Зеленая миля» попадает в любое настроение и на самом деле оставляет на душе печать грусти, но такой светлой, которую должен хоть раз каждый почувствовать. Просто чтобы убедиться, что жив и еще можешь чувствовать что-то кроме усталости и злобы.

Подписывайтесь на наш канал

Яндекс.Дзен


Лучшее за неделю

1
Сколько дней можно пропускать детский сад без справки по закону в 2020 году
2
Почему я не могу забеременеть: 6 причин, которые мешают зачатию
3
6 самых лучших кремов для ваших век: наш рейтинг
4
Тержинан: для чего нужен и как применять
5
Посадка рассады в 2020 году - таблица и сроки посева

Если нашли ошибку, выделите текст и нажмите Ctrl + Enter


Статья полезна?0
В избранное

Есть что добавить?

Мы будем рады видеть мнения читателей о материале в комментариях!

Комментарии(0)

Пока не добавлено ни одного комментария. Будьте первым!

Для написания комментария, пожалуйста, авторизуйтесь.

Войти через соцсети

Прежде чем авторизоваться, необходимо согласиться с условиями сайта

ИЛИ

Перейти на главную

Поверьте, там очень много интересного!

Сообщите нам об ошибке

Вставить изображение

Графические файлы до 5мб

Пожалуйста, заполните все необходимые поля.

Пожалуйста, подтвердите, что не являетесь роботом.

Хотите получать подборку интересных статей каждое утро?

Смело подписывайтесь и ждите самые полезные материалы от редакции 1000sovetov.ru в своем электронном ящике!

* Предоставляя адрес электронной почты и подписываясь на рассылку путем нажатия соответствующей кнопки, Вы автоматически даете согласие на получение сообщений рекламного и информационного характера.